СМИ о нас

24 Июля 2017

Игорь Юсуфов: «Цены на нефть стабилизируются, когда будет достигнуто соглашение между Россией, ОПЕК и США»

РУБЕН ЭСТЕЛЛЕР
ELECONOMISTA

fdg.png

Игорь Юсуфов, бывший министр энергетики РФ

   Игорь Юсуфов был министром энергетики России с 2001 по 2004 год и членом совета директоров ПАО «Газпром» с 2003 по 2013 г. Его 30-летний опыт работы в энергетическом секторе способствовал диалогу между основными игроками нефтяного рынка, в частности, непосредственно при его участии было достигнуто первое соглашение со странами ОПЕК о сокращении добычи нефти для стабилизации цен. 24 июля в Санкт-Петербурге состоится  важная встреча, целью которой станет поддержание стабильных цен на нефть на удовлетворяющем как производителей, так и потребителей уровне.

- Что можно сделать, чтобы избежать волатильности цен на нефть?

Если смотреть правде в глаза, мы должны признать, что практически любая волатильность цен является характерной чертой рыночной экономики. Только несколько монархий  могут позволить себе, например, зафиксировать на низком уровне внутренние цены на бензин, но это не всегда является положительным фактором с экономической точки зрения. Так что если в макроэкономическом смысле мы придерживаемся рыночной стоимости, нужно не забывать, - слегка перефразируем известную цитату из «Риголетто»,  - что «Сердце красавицы склонно к измене» (La donna é mobile).

В то же время, многое можно сделать, чтобы избежать колебаний нефтяных цен, возникающих в результате обычной спекуляции и в результате ставших значительным фактором нестабильности. Основной способ сделать это состоит в достижении соглашения между производителями и потребителями.

Моим первым практическим опытом в этой важной области стали переговоры с министрами энергетики и нефти накануне исторической 177-й сессии ОПЕК в 2001 году, когда нам впервые удалось усадить за один стол переговоров представителей ОПЕК и Международного энергетического агентства. Для этого моей команде (тогда я был министром энергетики РФ) потребовался год напряженной работы, но, как оказалось, плодотворной: в 2002 году первое соглашение  о сокращении добычи нефти было достигнуто с участием ОПЕК и не входящих в ОПЕК странами. В результате цена на нефть в среднесрочной перспективе стабилизировалась на уровне $20-25: это была тогда справедливая цена как для производителей, так и потребителей.

Та же логика преобладала и в 2016 году, когда после аналогичного соглашения цена была в принципе стабильной; по крайней мере, уже год она держится на уровне около $50 за баррель.

Как мы знаем, главное объяснение новой волны колебаний цен на нефть можно объяснить заявлениями американцев о намерении начать массированный экспорт нефти и газа на традиционные рынки – такие, как Европа и Азия.

Президент России Владимир Путин заявил на пресс-конференции во время недавнего саммита G20 в Гамбурге, что Россия видит в готовности США увеличить экспорт нефти и газа проявление здоровой конкуренции, которая идет на пользу всем. Тем самым глава российского государства акцентировал нашу поддержку идеи открытого рынка, в том числе энергоносителей, и разделил приверженность США "открытой и честной конкуренции". Это положение, в частности, повторил в ходе дискуссии на сессии G20 президент США Дональд Трамп.

Корпорация «Энергия», которую я создал в 2011 году, придерживается такого же мнения, хотя нам приходится иметь дело главным образом с трудноизвлекаемыми запасами, которые в принципе могли бы ослабить нашу конкурентоспособность на рынке. Я бы даже добавил, что эксперты корпорации «Энергия», которую я основал для реализации нефтегазовых проектов в России и за рубежом, утверждают, что спрос на углеводороды будет покрывать практически любое мыслимое количество нефти и газа, предлагаемое различными производителями на протяжении десятилетий! Одной из предпосылок для этого является установление справедливых цен: они должны стимулировать добычу нефти и газа, но в то же время не перегружать потребителей.

- Должны ли мы делать ставку на дальнейшее сокращение добычи странами ОПЕК?

Продление подписанного в ноябре 2016 года соглашения ОПЕК+ до марта 2018 года означало трансформацию внедренного в 2001 году эффективного механизма преодоления крайней волатильности цен в проверенный рыночный инструмент среднесрочной эффективности. Я бы не стал предполагать, что внедрение механизма ОПЕК+ будет иметь экономический смысл после марта 2018 года, для этого необходимы свежие решения. Например, приглашение к участию двух стран, Ливии и Нигерии, на заседание Объединенного министерского комитета по мониторингу (Joint Ministerial Monitoring Committee), которое состоится 24-го июля в  Санкт-Петербурге, Россия. Но в любом случае для большинства серьезных нефтегазовых аналитиков очевидно, что очередной “виток стабильности” на мировых энергетических рынках может начаться только после переговоров между крупнейшим производителем Россией, а также ОПЕК и США. Я уверен, что этот рынок, на который  ориентированы сверхдержавы, столкнется с рисками действительно массового экспорта нефти и газа, если не будет представлена убедительная калькуляция доходов. Сейчас мы наблюдаем только единичные случаи таких поставок. Но давайте сравним цены производства и транспортировки американского СПГ с последующей регазификацией в польском хабе с дешевым производством и относительно простой трубопроводной поставкой из России...

- Борьба между США и Россией за растущие поставки газа  в Европу не положат конец падению цен?

Учитывая огромный и растущий спрос на энергоносители в региона интенсивного экономического роста, России не стоит беспокоиться  по поводу экспорта энергоносителей и цен на них, даже когда речь идет о традиционных газовых рынках, таких, как Европа. Позвольте мне еще раз повторить: это действительно важнеое технологическое достижение, состоящее в том, что США могут поставлять сжиженный природный газ в польский терминал в Свиноуйсьце. Но на самом деле это не лучший способ поставок дешёвого газа: прямая ценовая  конкуренция с российскими или даже другими поставщиками будет не в пользу  заокеанских танкеров.

- Должно ли быть заключено  соглашение о разделе рынков между Соединенными Штатами и Россией?

Среди вопросов, перечисленных министрами иностранных дел двух стран Сергеем Лавровым и Рексом Тиллерсоном после первой встречи Президента России Владимира Путина и Президента США Дональда Трампа в Гамбурге, тема энергетики затронута не была. На самом деле это не стало большой неожиданностью: для установления плодотворного сотрудничества в этой весьма чувствительной и политически насыщенной сфере вы должны сначала определить общие правила межгосударственного сотрудничества. К сожалению, администрация Обамы оставила разнообразное наследие нерешенных и искусственно созданных проблем в двусторонних отношениях, что в результате привело к тому, что отношения находятся на самом низком в истории уровне. В любом случае нет сомнений в том, что прагматическая направленность американской политики, провозглашенная Дональдом Трампом, должна выдержать решающее испытание на пути к энергетическому сотрудничеству с Россией, поскольку это очень перспективное направление американской нефтяной и газовой индустрии.

Я имел честь быть не только свидетелем, но и соорганизатором  российско-американского энергетического диалога, провозглашенного президентами В. Путиным и Дж.Бушем-младшим в начале 2000-х годов. Мы провели два энергетических саммита в Хьюстоне (2002) и Санкт-Петербурге (2003) и сформулировали общее понимание того, что наши страны как энергетические сверхдержавы должны сотрудничать, в частности, для содействия стабильности на международных нефтяных рынках - это касается и того, что вы упомянули в своем первом вопросе. Я выступаю не просто за организацию Третьего российско-американского делового энергетического саммита с участием как государственного, так и частного бизнеса, но и за то, чтобы европейские компании смогли принять участие в этой встрече. Таким образом, мы должны создать основу для обмена далеко идущими идеями, а также продвижения стабильности, чтобы обеспечить надежность глобальных поставок и, как следствие,  - экономический рост, важнейшей составляющей которого является энергетика.

- Как Вы думаете, обретет ли второе дыхание идея создания газовой организации наподобие ОПЕК?

На самом деле Форум стран-экспортеров газа (ФСЭГ) с участием десятка основных производителей газа уже создан в 2001 году. Страны-участники ФСЭГ контролируют более 70% мировых запасов природного газа, 38% трубопроводной торговли и 85% производства сжиженного природного газа.

Три страны, лидирующие по количеству запасов  природного газа, Россия, Иран и Катар, совместно владеют около 57% мировых запасов. Цели форума – развивать концепцию взаимных интересов, способствуя развитию диалога между производителями, производителями и потребителями, а также между правительствами и отраслями промышленности, связанными с энергетикой, чтобы создать базу для исследований и обмена опытом и способствовать стабильности газового рынка. На механизмы формирования газовых цен оказывают влияние не только договорные цены на нефть, но и ситуация на спотовых рынках. Так что будущее покажет, каким образом этот рынок может быть защищен от потенциальной нестабильности – во всяком случае Россия и крупнейший производитель газа "Газпром" готова служить этой важной цели.

- Что Вы думаете по поводу появления  испанских компаний, таких, как Repsol, в России?

Деятельность этой испанской компании, которая празднует свое 30-летие в этом году, стала предметом моего пристального внимания, когда я ещё был главой Министерства энергетики РФ. Испанская программа демонополизации создала очень важный прецедент и наряду с присоединением к газовой директиве ЕС и мерах по либерализации газового рынка внедрялась в начале 2000-х годов. В России Repsol с февраля 2006 владеет 10 % акций шведской компании West Siberian Resources, ведущей добычу нефти в Томской области и Республике Коми.  После слияния в 2008 году НК «Альянс» и West Siberian Resources испанская компания получила 3,47 % в объединенной Alliance Oil. Также компания объявляла о намерении построить завод по сжижению газа на Ямале стоимостью $6 млрд.  Примечательно, что Корпорация «Энергия», которую я основал в 2011 году, также активно работает на полуострове.

В России Repsol известна как надежная компания, ориентированная на инновации, и как одна из ведущих интегрированных нефтегазодобывающих компаний в мире. Она присутствует во всех сегментах энергетической цепочки, включая разведку, добычу, переработку, сбыт, а также разработку новых технологий. 

jjjj.png

Для меня лично встречи с испанскими представителями всегда особенно интересны из-за моего знания испанского языка: в начале своей карьеры ещё в советское время я работал инженером-электриком на электростанции на Кубе. В 2009 году в качестве Специального представителя президента России имел честь быть членом российской делегации во время визита Президента в Испанию. В то время, когда я был министром энергетики, мы приветствовали присутствие испанских компаний в российском энергетическом секторе. Я уверен, что эта ситуация не изменилась и сегодня: по крайней мере, я как владелец корпорации, оцененной в $3 млрд, готов к любому диалогу с испанскими коллегами.

- Как Вы считаете, при текущих ценах на нефть российская казна получает достаточный доход?

Понимаете, ни в одной стране с рыночной экономикой вы не увидите снижение розничной цены на бензин на 50%, даже если цены на нефть сократятся наполовину. Это означает, что большинство доходов от продажи нефти в государственную казну поступает в виде различных налогов. Россия в этом смысле не является исключением. Среди прочего из-за того, что мы являемся страной, которая экономически зависима от экспорта энергоносителей, почти половина нашего дохода по-прежнему приходится именно на них.

Российский государственный бюджет сейчас рассчитан на основе цены на нефть в $40 за баррель. После принятия решения о пролонгации действия сделки ОПЕК+ цены подскочили до $45-48, а это означает, что наследие в области энергетической дипломатии, которое мы оставили после себя, все еще живо и эффективно.

В заключение я хотел бы подчеркнуть, что Корпорация «Энергия», объединяющая ведущих специалистов в области энергетики, готова применить свой опыт и для того, чтобы начать новый этап  российско-американского энергетического диалога, и для поиска новых возможностей сотрудничества с испанскими компаниями.

Перевод – корпорация «Энергия»